ВОЛГОГРАДСКАЯ ОБЛАСТНАЯ УНИВЕРСАЛЬНАЯ
НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА ИМ. М. ГОРЬКОГО
ВАЖНО!!!
Плакат о ношении маскиУважаемые пользователи!

С 1 мая 2021 года изменился график работы:

Режим работы в летнее время
(с 01 июля по 31 августа):

Пн. 10.00 – 18.00
Вт. - пт. 10.00 – 19.00
Сб. 10.00 – 18.00
Вс. - выходной
Последний вторник каждого месяца – санитарный день

Обслуживание осуществляется  при соблюдении рекомендаций Роспотребнадзора>>
Наличие средств индивидуальной защиты органов дыхания (гигиенические маски, респираторы) при посещении библиотеки обязательно!
Подробнее >>
Поиск
Поиск в электронных каталогах
Горьковка приглашает!
Горьковка приглашает
Афиша событий (июль, август)


Книги на дом!
Акция Акция "Мобильный абонемент" для жителей Центрального района (65+)! 
Достаточно подать заявку по телефону или заполнить форму на сайте!
Подробнее>>
Электронные услуги
Форма обратной связи
Остались вопросы?
Задайте их нам!

Театральный ресурс
Форма входа
Логин
Пароль

Форма регистрации
Забыли пароль?
ВНИМАНИЕ
Противодействие коррупции >>

Обратная связь для сообщений о фактах коррупции>>

Яндекс.Метрика
«...Мне просто грустно. Грустно, потому что в жизни нужно чувствовать себя необходимым. А я… я, в лучшем случае, только нужен… Да и то не знаю, очень ли...». К 110-летию со дня рождения Виктора Некрасова
Рубрика "Хронограф"
Некрасов Виктор«Самое страшное на войне – это не снаряды, не бомбы, ко всему этому можно привыкнуть; самое страшное – это бездеятельность, неопределённость, отсутствие непосредственной цели. Куда страшнее сидеть в щели в открытом поле под бомбежкой, чем идти в атаку. А в щели ведь шансов на смерть куда меньше, чем в атаке. Но в атаке – цель, задача, а в щели только бомбы считаешь, попадёт или не попадёт».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

…В нашей рубрике «Хронограф» имя Виктора Некрасова «всплывало» не раз. И немудрено, исходя из масштаба писательской фигуры.
Участник Великой Отечественной войны, орденоносец, автор знаменитой повести «В окопах Сталинграда», – первого послевоенного художественного произведения о войне в уникальном жанре, который позднее получил название «окопная проза», – лауреат Сталинской премии. И – диссидент, изгнанник, эмигрант. Член французского ПЕН-клуба. Член Баварской академии изящных искусств. Дворянин, герой, писатель «первого эшелона» победившего СССР, – и он же враг советской власти, сотрудник недружеского радио «Свобода». А под чертой – единственный вердикт: легенда русской советской литературы

«Ночной бой. Самый сложный вид боя. Бой одиночек. Боец здесь всё. Власть его неограниченна. Инициатива, смелость, инстинкт, чутьё, находчивость – вот что решает исход. Здесь нет массового, самозабвенного азарта дневной атаки. Нет чувства локтя. Нет «ура», облегчающего, всё закрывающего, возбуждающего «ура». Нет зелёных шинелей. Нет касок и пилоток с маленькими мишенями кокард на лбу. Нет кругозора. И пути назад нет. Неизвестно, где перёд, где зад. Конца боя не видишь, его чувствуешь. Потом трудно что-либо вспомнить. Нельзя описать ночной бой или рассказать о нём. Наутро находишь на себе ссадины, синяки, кровь. Но тогда ничего этого нет. Есть траншея… заворот… кто-то… удар… выстрел… гашетка под пальцем, приклад… шаг назад, опять удар. Потом тишина».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

Анатолий Королев, писатель, член русского Пен-клуба:

«Вчерашний капитан советской армии, раненный под Варшавой, демобилизованный в начале 1945 года и вернувшийся с фронта домой, в родной Киев, недавний выпускник сразу двух киевских вузов (строительного и театрального), архитектор и актёр, написал свою повесть с ходу, без всякой подготовки. И написал таким свежим языком и так честно, что дебют новичка – также с ходу – в 1946 году опубликовал именитый военный московский журнал "Знамя".
По сути, Некрасов задал тон всей нашей послевоенной литературе, стал основателем сурового исповедального стиля, лишенного привычного пафоса и лести властям. Как ни парадоксально, повесть сумел по достоинству оценить сам вождь и распорядился дать дебютанту, получившему за войну орден "Красной звезды" и три медали, премию своего имени.
Сталинская премия в те годы считалась пропуском на небеса: книга была издана астрономическим тиражом и не один раз переиздавалась, переведена на 36 языков, принесла автору славу, имя, право брать лакомства с партийного стола; а между тем сам лауреат весьма прохладно отнёсся к лаврам, и всю премию, которой по тем временам хватило бы на пять лет сытной жизни, взял да и отдал для покупки инвалидных колясок безногим солдатам-фронтовикам.
Некрасов оказался человеком высочайшего благородства. Отсюда и начались все его беды.
Писатель Войнович позднее скажет: это был единственный истинный аристократ, которого я встретил в своей жизни…».

«Мы хороним товарищей над самой Волгой. Простые гробы из сосновых необструганных досок. Свинцовые, тяжелые тучи бегут над головой. Хлопает полами шинели ветер. Мокрый, противный снег забивается за воротники. Плывут льдины по Волге– осеннее сало. Темнеют три ямы. Просто как-то это всё здесь, на фронте. Был вчера – сегодня нет. А завтра, может, и тебя не будет. И так же глухо будет падать земля на крышку твоего гроба. А может, и гроба не будет, а занесет тебя снегом и будешь лежать, уткнувшись лицом в землю, пока война не кончится. Три маленьких рыженьких холмика вырастают над Волгой. Три серые ушанки. Три колышка. Салют – сухая, мелкая дробь автомата. Точно эхо гудят дальнобойки за Волгой. Минута молчания. Саперы собирают лопаты, подправляют могилы. И это всё. Мы уходим. Ни одному из них не было больше двадцати четырёх лет. Карнаухову двадцать пять. Даже похоронить его не удалось: его тело там – у немцев. Так и не прочёл он мне стихи свои. Они у меня сейчас в кармане, вместе с письмом матери и Люсиной карточкой. Простые, ясные, чистые – такие, каким он сам был».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

В этом году, 17 июня, исполняется 110 лет со дня рождения Виктора Платоновича Некрасова.

Родился в Киеве, но жил до 1915 года в Швейцарии и Франции, поэтому Виктор даже впервые заговорил на французском языке, а русский выучил позднее. Мама мальчика была из рода дворян Мотовиловых, отец – банковский служащий. Во время Первой мировой войны семья вернулась на родину, в Киев, а в 1917 году семья похоронила отца.

В 1926 году Виктор окончил 43-ю Трудовую школу, в 1929 году Железнодорожную строительную профшколу. В 1930 году поступил в Киевский строительный институт, на архитектурный факультет, который окончил в 1936 году. В 1937 году окончил Театральную студию при Киевском театре русской драмы.

В 1936–1938 годах Виктор Некрасов работал в архитектурных мастерских. В 1938–1941 годах служил в театрах актёром, режиссёром, театральным художником – во Владивостоке, Кирове, Ростова-на-Дону.

В студенческие годы ещё взялся за перо, но первый рассказ, прочитанный им на литературной студии при Союзе писателей слушателям не понравился, и Некрасов охладел к занятиям в студии. Но не охладел к литературным упражнениям. Во время работы в театрах по вечерам писал. Позже писатель с иронией вспоминал: «Посылал в журналы. Возвращали. К счастью...».

«И я лежу, уставившись в потолок, и размышляю о высоких материях, о том, что всё в мире относительно, что сейчас для меня идеал – эта вот землянка и котелок с лапшой, лишь бы горячая только была, а до войны мне какие-то костюмы были нужны и галстуки в полоску, и в булочной я ругался, если недостаточно поджаренный калач за два семьдесят давали. И неужели же после войны, после всех этих бомбежек, мы опять… и так далее, в том же духе».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

В августе 1941 года в Ростове-на-Дону, где Виктор Некрасов работал в театре Красной армии, отказавшись от брони, ушёл на фронт в звании старшего лейтенанта, и стал командиром запасного сапёрного взвода. В сентябре 1941 года родные Виктора оказались в оккупации, в Киеве. Сам он до февраля 1942 года служил в запасном сапёрном батальоне, который дислоцировался в селе Пичуга, под Сталинградом.

С февраля 1942 года воевал на Юго-Западном фронте на Украине, участвовал в Харьковской операции. С 21 сентября 1942 года по 2 февраля 1943 года воевал на Сталинградском фронте. Участник Сталинградской битвы, Некрасов находился на самом сложном участке – на Мамаевом кургане. В Сталинграде был принят кандидатом в члены ВКП(б).

После Сталинграда, воевал на Украине, был тяжело ранен. В апреле 1944 года освобождал Одессу. Затем воевал в Польше, где его тяжело ранили во второй раз, после чего Некрасов получил инвалидность и в начале 1945 года в звании капитана был демобилизован. Награждён медалями и орденом Красной Звезды.

Идея написать повесть о Сталинграде у Некрасова родилась ещё в армии. Черновик будущей повести возникал во время лечения в госпиталях. Тени Ремарка и Толстого витали на молодым автором…

С марта 1945 по июль 1947 года Виктор Некрасов работал в киевской газете «Радянське мистецтво» заведующим отделом, тогда же и закончил работу над книгой о войне под названием «На краю земли», переименованную впоследствии «В окопах Сталинграда». Впервые повесть под названием «Сталинград» была опубликована в 1946 году в журнале «Знамя».

«Мы будем воевать до последнего солдата. Русские всегда так воюют».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

Повесть, опубликованная фронтовиком и участником Сталинградской битвы в авторитетном журнале, была воспринята официальной критикой резко отрицательно: от страниц веяло «непозволительным» ароматом солдатского пота, гноящихся ран, крови, перегруженного раскаленного металла – хотя автор вовсе не опускался до грубой натуралистичности. Было много смерти и мало, – совсем не наблюдалось, – руководящей роли партии. Руководство Союза писателей уже готовило разгромные акции и показательную «порку» строптивого «правдоруба». Но партийно-околописательские «бонзы» были вынуждены резко пойти на попятную в своих намерениях, когда Сталин, совершенно неожиданно для всех, дал указание присудить Некрасову премию своего имени – именно за повесть «В окопах Сталинграда».

Премию Некрасов отдал на приобретение колясок для инвалидов войны. Слава обрушилась на фронтовика-писателя: в последующие годы повесть была переиздана большинством советских издательств общим тиражом в несколько миллионов экземпляров, переведена на 36 языков. По мотивам повести и по сценарию Некрасова в 1956 году был снят фильм «Солдаты», отмеченный премией Всесоюзного кинофестиваля. Впрочем, прокатная судьба киноленты оказалась не из простых.

«Есть детали, которые запоминаются на всю жизнь. И не только запоминаются. Маленькие, как будто незначительные, они въедаются, впитываются как-то в тебя, начинают прорастать, вырастают во что-то большое, значительное, вбирают в себя всю сущность происходящего, становятся как бы символом. Я помню одного убитого бойца. Он лежал на спине, раскинув руки, и к губе его прилип окурок. Маленький, ещё дымившийся окурок. И это было страшней всего, что я видел до и после на войне. Страшнее разрушенных городов, распоротых животов, оторванных рук и ног. Раскинутые руки и окурок на губе. Минуту назад была ещё жизнь, мысли, желания. Сейчас – смерть».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

Виктор Платонович на лаврах не почивал. Из под его пера вышли повести «В родном городе» (1954), «Кира Георгиевна» (1961), сборник военных рассказов «Вася Конаков» (1961). С каждой новой строчкой лица «литературных» чиновников вытягивались всё больше: Некрасов продолжал писать о неустроенности жизни, ожидавших возвращающихся из окопов героев, о равнодушии, всё больше и больше проникающем в души… Окончательно добили официальных критиков очерки Некрасова о путешествиях «Первое знакомство» (1958), «По обе стороны океана» (1962), «Месяц во Франции» (1965). Писателя начали упрекать в том, что путевые заметки «смахивают на рекламный плакат капиталистической туристской фирмы», что он «пытается помирить нас с капиталистами», сыпались упреки в предательстве идеалов, зазнайстве и снобизме. А его протесты против планов соорудить на месте расстрелов в Бабьем Яру парк и стадион и с призывами установить там мемориал были восприняты, как возмутительная выходка диссидента.

В 1973 году Некрасова исключили из КПСС – а ведь в партию он вступил в окопах. Через год основоположника «окопной прозы» исключили из Союза писателей. Издательства, ранее выпускавшие книги Некрасова стотысячными тиражами, закрыли теперь перед ним двери. В 1974 году к Некрасову пришли люди, грубые и вежливые одновременно, и произвели обыск, в ходе которого изъяли все рукописи. В том же году Виктор Платонович эмигрировал во Францию – хотя гражданином этой страны стал только через 10 лет. А на родине, за 4 года до московской Олимпиады, книги Некрасова изъяли со стеллажей всех библиотек страны…

«...что такое вообще храбрость? Я не верю тем, которые говорят, что не боятся бомбежек. Боятся, только скрыть умеют. А другие – нет. Максимов, помню, говорил как-то: "Людей, ничего не боящихся, нет. Все боятся. Только одни теряют голову от страха, а у других, наоборот, всё мобилизуется в такую минуту и мозг работает особенно остро и точно. Это и есть храбрые люди"».

(Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда»)

Во Франции Некрасов много писал, много выступал, занимался журналистикой, поддерживал связи с советскими деятелями культуры, приверженцами либералистических идей.

За рубежом увидели свет книги Виктора Платоновича «Записки зеваки» (1976), «Взгляд и нечто» (1977), «По обе стороны Стены» (1978), «Из дальних странствий возвратясь...» (1979–1981), «Сапёрлипопет, или Если бы да кабы, да во рту росли грибы» (1983), «Маленькая печальная повесть» (1985).

Скончался писатель от рака лёгких 3 сентября 1987 года. Похоронен на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в Париже. На его могиле, где он упокоен вместе с женой Галиной Базий, установлен осколок снаряда, найденного им самим на Мамаевом кургане. Осколок этот сопровождается высеченными датами начала и окончания Сталинградской битвы.

При подготовке публикации использованы материалы ВОУНБ им. М Горького

Комментарии:

Чтобы отправить комментарий
Зарегистрируйтесь или Авторизируйтесь

© Волгоградская областная универсальная научная библиотека им. М. Горького
При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт ВОУНБ им. М. Горького (www.vounb.volgograd.ru) обязательна